«Возможно, вы слышите мой голос в последний раз». С началом войны в Иране резко возросло число политических казней

Связь прерывается. Но голос Мехраба Абдоллазаде звучит ясно и, учитывая обстоятельства, удивительно ровно.

Это адаптированный перевод материала корреспондентов Би-би-си. Оригинал на английском языке можно прочитать здесь.

Он находится в камере смертников на западе Ирана и говорит быстро — словно время на исходе. И его послание пронизано отчаянием.

«Вы слышите мой голос из Центральной тюрьмы города Урмия, и, возможно, это последний раз, когда вы его слышите», — говорит он в голосовом сообщении, оказалось в распоряжении Курдской сети по правам человека (KHRN).

«С самого первого дня моего ареста они вынуждали меня признаться с помощью пыток и угроз, признаться в том, чего я не совершал. Ни одно из обвинений против меня не соответствует действительности. Они это знают, и Бог это знает. Я невиновен».

Мехраб был арестован еще в 2022 году, во время общенациональных протестов, которые начались после смерти в полицейском участке молодой женщины Махса Амини — ее задержали за ненадлежащее ношение хиджаба.

Его обвинили в причастности к убийству одного из членов иранского ополчения «Басидж». В начале мая — спустя 42 месяца постоянного страха и бессонных ночей — он был казнен.

Сейчас в Иране произошел всплеск казней людей по политическим обвинениям. Согласно данным ООН, с момента нападения США и Израиля на Иран 28 февраля были подтверждены казни по меньшей мере 32 политических заключенных.

По сведениям правозащитной организации Amnesty International, за весь 2025 год в Иране было совершено 45 казней по политически мотивированным обвинениям.

Управление Верховного комиссара ООН по правам человека отмечает, что смертная казнь все чаще используется для подавления политического инакомыслия.

Казни на рассвете

Некоторых из тех, кого казнили в этом году, обвиняли в шпионаже в пользу Израиля или ЦРУ, других — в связях с оппозиционной группой, находящейся в изгнании. Четырнадцать из них были арестованы в связи с массовыми протестами, прошедшими в январе этого года.

«В Иране власти проводят казни через повешение. Они проводят их на рассвете, — говорит Нассим Папайанни из Amnesty International. — Люди в Иране просыпаются почти каждый день под объявления о казнях».

«Они используют смертную казнь как орудие политических репрессий, чтобы вселить в население страх и, по сути, подавить и задушить любое возможное инакомыслие», — добавляет он.

Хотя о некоторых казнях объявляется публично, Управление ООН по правам человека сообщило Би-би-си, что часть смертных приговоров, по всей вероятности, приводят в исполнение тайно.

По данным Amnesty International, в прошлом году в Иране было казнено 2 159 человек — это самый высокий показатель с 1989 года. Согласно данным организации, подавляющее большинство смертных приговоров было вынесено за преступления, связанные с наркотиками и убийствами.

В ООН опасаются, что в этом году эта цифра может оказаться еще выше.

По словам Кавеха Керманашахи из Курдской сети по правам человека, режим все чаще прибегает к смертной казни, пытаясь восстановить свой авторитет, подорванный январским восстанием и войной.

«Столкнувшись с многочисленными внутренними и внешними кризисами, он пытается продемонстрировать свою силу и донести следующее послание: „Мы никуда не делись, ситуация все еще под контролем“. Это делается путем усиления репрессий и увеличения числа казней», — говорит он.

В конце прошлого месяца государственное телевидение Ирана показало репортаж о казни Сасана Азадвара, 21-летнего чемпиона по карате из города Исфахан. Он был осужден за «мохарабе» (то есть «ведение войны против Бога») и «эффективное сотрудничество с врагом» за участие в стычке с полицией во время январских протестов. На видеозаписи он признается в том, что разбил палкой окно полицейской машины и попросил дать ему бензин, чтобы поджечь ее.

Однако ему не было предъявлено обвинение в совершении преступления, повлекшего за собой смерть человека, что — согласно международному праву — является правовым порогом для применения смертной казни.

Иранские власти не ответили на просьбу Би-би-си прокомментировать сообщения о пытках и все более частом применении смертной казни, в том числе в отношении Сасана Азадвара.

Однако 30 апреля глава судебной системы Ирана Голамхоссейн Мохсени Эджеи отверг международную критику по поводу смертных приговоров, вынесенных в связи с январскими беспорядками, и заявил, что иранские суды не поддадутся давлению.

Мысли о казни «каждый день и каждую ночь»

У каждого из приговоренных своя история. Но правозащитники говорят о некоторых тревожных тенденциях. В частности, смертная казнь непропорционально часто применяется в отношении представителей национальных меньшинств страны.

11 мая был повешен 29-летний магистрант по аэрокосмической инженерии Эрфан Шакурзаде. Судебные органы Ирана заявили, что он был признан виновным в передаче секретной информации разведывательным службам Израиля и США.

Однако базирующаяся в Норвегии правозащитная организация Hengaw опубликовала записку, которую, по их утверждению, он написал перед смертью.

«Меня арестовали по сфабрикованным обвинениям в шпионаже и, после восьми с половиной месяцев пыток и одиночного заключения, заставили дать ложные признания. Нельзя позволить, чтобы в тишине была отнята еще одна невинная жизнь», — сказано в ней.

Hengaw заявила, что глубоко обеспокоена скоростью, с которой проходят судебные процессы, выносятся приговоры и проводятся казни, а также «полным отсутствием прозрачности» в судебных разбирательствах.

«Исламская Республика продолжает систематически подавлять население, произвольно обвиняя диссидентов и критиков в том, что они являются «израильскими шпионами», не предъявляя при этом достоверных доказательств и не обеспечивая соблюдение норм справедливого судебного разбирательства», — заявил Би-би-си представитель организации Айвар Шехи, добавив, что «под угрозой находятся жизни многих людей».

В своем голосовом сообщении из тюрьмы перед казнью Мехраб Абдоллазаде описал мучения, которые испытывает человек, ожидающий смертной казни.

«Осужденный каждый день и каждую ночь думает о том, что в любой момент его могут вызвать и увезти на казнь. Обрести хоть каплю покоя можно только после часа ночи, отпустив свои навязчивые мысли и поспав два-три часа», — сказал он.

По данным Курдской сети по правам человека, 29-летний курдский владелец магазина был казнен без предварительного уведомления его родственников или адвокатов, а его тело не было возвращено семье.